03 июля 2006
3237

`Эхо Москвы`: Аморальный контент на телевидении

МАТВЕЙ ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы слушаете радиостанцию "Эхо Москвы". У микрофона Матвей Ганапольский. Подменяю я здесь. Случайно я тут. И вот программа "Коробка передач". Я представляю Вам наших гостей, Вам хорошо знакомых. Депутат госдумы Владимир Мединский. Здравствуйте, Владимир.

ВЛАДИМИР МЕДИНСКИЙ: Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Телекритик газеты "Московский комсомолец" Александр Мельман. Здравствуйте, Александр.

АЛЕКСАНДР МЕЛЬМАН: Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: И телеобозреватель "Новой газеты" Наталья Ростова. Здравствуйте, Наталья.

НАТАЛЬЯ РОСТОВА: Здравствуйте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот будем говорить сейчас о моральном контенте на телевидении, что делать. Вы, наверное, знаете, что госдума озаботилась этим делом. И г-н Мединский к этому имеет прямое отношение. Вот считается, что это по Вашей инициативе инициировано.

В. МЕДИНСКИЙ: Ну, там ряд авторов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, во всяком случае... Да, ряд авторов. Во всяком случае, предмет разговоров будет вот то самое, что сейчас в какое-то обозримое время, даже до 12 часов мы видим на некоторых каналах. Мы видим, всякую там показывают девушку такую полураздетая, которая говорит: ну, позвони мне. Это, к примеру, один из образцов.

В. МЕДИНСКИЙ: И юноши тоже.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, слышны вздохи. Можно набрать какой-то короткий номер. "Я одна", - говорит она. "Ну, и ты тоже один", - она говорит, - "поэтому позвони". Ну, и как-то так думаешь, смотреть сериал или звонить. Останавливает, конечно, позвонил бы, останавливает то, что спишут деньги. Там что-то такой достаточно дорогой этот звонок на эти темы. Но вот я хотел бы про эту инициативу, чтобы мне ее не пересказывать с ленты новостей, чтоб Владимир и рассказал, что предполагается, что возмутило. Вот, давайте, послушаем Вас.

В. МЕДИНСКИЙ: Спасибо. Ну, инициатива, на самом деле, простая очень. Состоит из двух пунктов. Пункт No1 - это маленькая поправка к закону о рекламе. Который , кстати, вступил в действие 2 дня назад. Гласит она "реклама услуг сексуального характера в средствах массовой информации разрешается только в специализированных средствах массовой информации". Т.е. в случае с печатными СМИ, там по закону о СМИ определены, какие СМИ носят эротический характер. В случае с телевизионными каналами, только на тех телеканалах, доступ к которым ограничен. Т.е. сигнал закодирован. Либо через декодер, либо это платный телеканал. Это пункт первый. Пункт второй. "Распространение передач или телепрограмм эротического содержания свободно разрешается на телеканалах, доступ к которым ограничен", Вот собственно два пункта этого законопроекта. Первый к закону о рекламе, второй к 37 статье закона о СМИ, которые уже мы здесь как-то обсуждали накоротке вместе с г-ном Федотовым. Вот собственно и весь законопроект. Я думаю, что каждый человек, который включает телевизор, не обязательно ночью, а в общем-то, и поздним вечером, видит, что у нас эфир, к сожалению, многих каналов, в первую очередь развлекательных каналов, ориентированных на подростков, на молодежь, переполнены рекламой разного рода сексуальных услуг. В то время, как везде в мире, ну, мне трудно найти, честно говоря, страну, где это разрешено. Практически везде в мире это запрещено. И подобного рода реклама, она есть. Но она удел неких специализированных средств массовой информации. У нас же страна - королевство кривых зеркал, т.е. у нас проституция как бы запрещена. Вот мы такие, ханжествуем в этом отношении. А вот зато реклама проституции, все, что с этим связано, это, пожалуйста, это сколько угодно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: У меня к Вам два вопроса перед тем, как мы к гостям перейдем нашим, к Александру и к Наталье. Разговор идет только о рекламных роликах, или разговор идет собственно о контенте.

В. МЕДИНСКИЙ: Разговор идет о рекламе сексуальных услуг, это первое. И второе, идет о телепрограммах эротического содержания, которым сейчас законом о СМИ разрешены, начиная с 23-х часов до 4-х утра, вот в этот пятичасовой отрезок они разрешены. И откровенно говоря, во-первых, это не всегда соблюдается. Потому что любой запрет, который не тотален, его очень легко нарушить, понимаете, у нас разные часовые пояса. Где-то там во Владивостоке это одно время, а здесь у нас другое. Постоянно этот запрет как-то огибается разными способами. Во-вторых, почему собственно с 23-х часов. У нас что в 23 часа подростки не смотрят телевизор? Еще как смотрят. Т.е. это запрет такой неполный. Мы предлагаем просто сделать его разумным, нормальным. И если телеканал выпускает подобного рода телепередачи, то пусть он их показывает в закрытом режиме, в кодированном.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще у меня к Вам один вопрос. А что собственно такое эротические программы?

В. МЕДИНСКИЙ: Это вопрос не ко мне. Это вопрос к надзирающим органам, которые и определяют, какие программы являются эротическими, какие нет. По закону о СМИ, попытаюсь сейчас процитировать этот закон декабря 91-гоо года, наш самый замечательный, либеральный закон. Значит, там эротическими называются программы, которые систематически и в целом вызывают постоянный интерес к сексу. Вот что-то типа этого.

Н. РОСТОВА: Эксплуатируют интерес.

В. МЕДИНСКИЙ: Эксплуатируют. Да. Совершенно верно. Спасибо. Интерес систематически и в целом.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот Наталья Ростова, телеобозреватель "Новой газеты", Вам нравится эта инициатива? У Вас есть какое-то отношение к этому?

Н. РОСТОВА: У меня есть к этому отношение. Мне кажется, вот потому, что сейчас мы слышим вполне здравое предложение. Действительно, во многих странах подобного рода продукция ограничивается. Действительно трудно найти страны, где подобного рода продукция находятся в свободном доступе. Во многих странах существуют запреты, касающиеся непристойных публикаций или программ. И это так и звучит. Подразделяются понятия "порнография, "Эротика". Но меня удивляет в этом случае то, что уже называются конкретные каналы, которые должны от этого пострадать. Мы боремся с конкретными каналами, или мы боремся с проблемой? Почему у нас все время происходит компанейщина, я этого понять не могу. Если мы хотим бороться с проблемой, то существует целый ряд журналистских организаций, целый ряд медиаэкспертов. Есть целый класс таких людей, которые называются медиаюристами. Они все давным-давно разработали, проанализировали, опыт всех стран увидели. Все это существует, но почему мы к ним не обращаемся. Почему надо провести вот эту компанию в СМИ, в очередной раз привлечь внимание к проблеме и указать конкретные каналы, которые пострадают. Я не считаю, что единственная функция каналов - зарабатывать. Я против того, чтобы они эксплуатировали интерес к сексу в то время, которое не позволительно. Но мне кажется, бороться с проблемой надо по-другому.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Владимир, что скажете?

В. МЕДИНСКИЙ: Я совершенно согласен с тем, что сказала Наталья. Действительно практически во всех странах эта тема гораздо жестче регламентируется, чем у нас. Я могу привести лишь один пример. Я его, кстати, часто привожу в связи с этой темой. Телеканал MTV в Соединенных Штатах, он вещает. В большинстве штатов он вещает в открытом доступе. И там постоянно огромное количество общественных организаций, в первую очередь религиозных организаций требуют перевести этот телеканал в закрытый доступ. Потому что он с точки зрения нравственности американской, там ведь достаточно такая пуританская мораль, в общем-то, в англо-саксонской части Соединенных Штатов, он безнравственный, этот телеканал. Так вот телеканал MTV американский это просто передача про Хрюшу и Степашу по сравнению с контентом некоторых наших телеканалов. Это вершина благопристойности. Что же касается конкретных телеканалов, опять с Натальей согласен. Я ни разу ни в одном комментарии не называл ни одного конкретного телеканала и ни одно конкретной телепередачи, поскольку это не наша функция. Наша функция установить в данном случае правила игры, которые в общем-то на данный момент, ну, это требование общества. 90% людей, с которыми приходилось общаться, так либо иначе эти ограничения поддерживают. Я только сегодня беседовал на радио московском в связи с принятием закона о рекламе, там были звонки в студию. И первый же звонок, Матвей, кстати, первый звонок, случайный абсолютно, и ведущая спрашивает: ну, конечно, закон о рекламе он неполноценный, какие в нем есть недостатки. Первый звонок, слушатель говорит: недостаток в нем тот, что Вы не ограничиваете рекламу секса. Вот случайность. Но это показатель. И, конечно, о конкретных телеканалах речь идти не должна. Не должна идти речь о конкретных телепередачах. Будет специальный государственный орган, они надзирают, они пусть смотрят за этим. Определяют, что соответствует закону о СМИ, что не соответствует закону о СМИ. Выносят предупреждения. Я вообще не считаю, что в результате принятия данного законопроекта, дай Бог, чтобы он был принят, должны какие-то телеканалы перейти на платный доступ. Как уже сразу написали во многих средствах массовой информации. Никуда они не перейдут. Никуда они не перейдут. Ни одни телеканал, в здравом уме находящийся, аналоговый, от бесплатного эфира никогда не откажется. Они просто, ну, предъявят более жесткие требования к контенту своих телепередач. Я опять же мог бы сейчас приводить примеры конкретных телепередач. Не хочу делать им там ни рекламу, ни антирекламу, но если мы посмотрим на конкретные телепередачи, конкретные реалитишоу, мы увидим, как после, например, выступления генерального директора данного телеканала, неожиданно в течение месяца там все благопристойно. Потом бабац, все по-старому.

Н. РОСТОВА: Простите, пожалуйста, а Вас Владимир Мединский зовут?

В. МЕДИНСКИЙ: Да.

Н. РОСТОВА: Я сегодня просто прочитала о том, что Вы в частности считаете, что рекламой сексуальных услуг и передачами с аморальным контентом в кавычках страдают такие каналы, как МузТв, MTV Россия, ТНТ, СТС и РенТВ. Т.е. Вы этого не говорили?

В. МЕДИНСКИЙ: Скорее всего, в данном случае вопрос задавался таким образом: Вы видели рекламу сексуальных услуг на телеканале РенТВ? Да, видел. У меня он есть в записи. А на телеканале МузТВ видели? Я сказал - да. МузТВ не смотрел, но есть в записи. Помощники записали. Вот, честно говоря, по телеканалу СТС сразу могу оговориться. Ни разу не видел, и ни одной записи нет. Поэтому СТС, наверное, явно уже журналистская фантазия.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Александр Мельман, ну, вот что скажете? Все стройненько, все красивенько. Т.е. будет закон, а применительная часть, это как-то будет такое даже журналистское сообщество, может быть, или какой-то верховный Далай лама будет это определять. Все чисто.

А. МЕЛЬМАН: Да, я согласен, я готов аплодировать г-ну депутату, потому что он борется за нашу мораль и нравственность. И действительно то, что Наташа опасается, почему Владимир Мединский не называет каналы, потому что действительно демократическая общественность боится, что это будет такой первый шаг к наступлению на свободу слова. Потому что все, что принимается оттуда по поводу ограничения морали и нравственности и, конечно же, тут же реакция, что ограничивают нашу свободу слова. И это действительно, наверное, такая опасность есть. Другое дело, мне хочется немножко зайти с другой стороны и понять. Вот почему то, что принимает наша уважаемая дума в смысле новых законов, почему это подвергается некоему часто в обществе некоему осмеянию и остракизму. Почему все, что исходит из этого уважаемого, государственного органа, принимается с неким недоверием. Вот сейчас Владимир Мединский сказал, что народ хочет, чтобы ограничить эротику. И господа депутаты тут же взялись за это, потому что значит это популярно, это нужно в преддверие известных событий 2007 года, т.е. выборов. Наверное, это так, это нормально, кстати.

В. МЕДИНСКИЙ: Что же там плохого? Все хорошо.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если бы хотя бы в преддверие выборов все бы занимались тем, чего народ хочет, это было бы хорошо.

А. МЕЛЬМАН: Да, просто вот, к сожалению, то, что делает дума, иногда так получается, так в обществе, мне так кажется, что это является некоей профанацией дела. И законы, которые появляются, причем законы часто бывают очень даже нормальные. Они просто иногда звучат достаточно весело. Когда я помню, там несколько лет назад г-н Комиссаров бился за то, чтобы летом не отключать воду. Это было совершенно нормально, это все приветствовали, но почему-то все это осмеяли. Просто изначально есть такое недоверие к Вам, г-н депутат, как к депутату и как к органу государственной думы. И вот в этом, мне кажется, тоже есть большая проблема. Не могу с Вами не согласиться. Проблема есть. Так же, как есть недоверие, да простит меня уважаемый Матвей, есть недоверие к журналистам, есть недоверие к чиновникам, есть недоверие к...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А чего, Мельман тоже журналист. Сказали бы "да простит меня Александр Мельман". И Александр, и Наташа...

Н. РОСТОВА: Простите, а можно Ростову упомянуть тоже.

В. МЕДИНСКИЙ: Давайте все друг друга простим, да. И недоверие у нас к милиционерам есть еще. И еще к массе профессий. Вот такая вот ситуация. Что тут поделать. Но это не значит, что журналисты не должны писать хорошие материалы, или там проводить журналистские расследования. А депутаты не должны пытаться принимать те законы, которые отвечают интересам общества.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, Наташа, пожалуйста.

Н. РОСТОВА: Я могу объяснить, что вызывает у меня недоверие конкретно в связи с этой инициативой. Ну, вот опыт других стран я приведу. Например, в Германии существует запрет на продажу порноматериалов для детей до 18 лет. Это уголовная статья. Существует запрет на производство порно с участием детей. Все остальные виды порнографии разрешены. Т.е. они как-то регулируются.

А. МЕЛЬМАН: В закодированных каналах.

В. МЕДИНСКИЙ: Только в кодированном режиме.

Н. РОСТОВА: В Норвегии существует запрет порно. Но при этом никогда этот запрет не применялся к ежедневной прессе. Т.е. суды не рассматривали таких дел. В Великобритании существует понятие непристойная статья, которая способствует развращения и растлению граждан. Ответственность, в том числе, и уголовная. В США, например, эксперты говорят о том, что порнография, она рассматривается примерно так же, значит то же самое примерно, что у нас эротика. А вот то, что касается непристойности в кавычках, это наш аналог порнографии. В этом смысле я хочу сказать, что в западных странах существуют конкретные юридические формулировки. У нас существует уголовная статья в России. Статья 242, если она не изменилась, называется "Незаконное распространение порноматериалов или предметов..." дальше я не помню.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, не важно. Смысл понятен.

Н. РОСТОВА: Смысл понятен. Но при этом не существует никакой расшифровки слова порнография, не понятно, что такое законное распространение порноматериалов и так же очень странным и очень нерегламентированным является слово "эротический". Т.е. непонятно, что значит "систематически эксплуатировать интерес к сексу". Т.е. формулировки, даже основные, по отношению к которым мы должны применять вот эту инициативу, они не известны.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, дело в том, что действительно я бы сказал, что каждый молодежный сериал, а вот молодежные сериалы идут на всех каналах, они, если так говорить, таким брутальным языком, они эксплуатируют тему секса, потому что на экране показывают молодых людей, которые там говорят всякие слова типа "ну, что ты готовился сегодня к экзамену?" Тот молчит. А этот говорит: "А, ты трахался всю ночь". И вот за это слово "трахался"...

В. МЕДИНСКИЙ: Матвей, но в "Евгении Онегине" люди даже стрелялись из-за секса. Понимаете. Все в той ли иной степени эксплуатирует тему секса. Понимаете, я, в чем согласен абсолютно с Вами, в том, что определение, у нас законодательная практика не дает определения жесткого разделения, порнографии, эротики, мягкой эротики, жесткого порно и т.д. И, наверное, я выскажу такое, может быть, спорное утверждение, что, на мой взгляд, это не нужно. Вот в нашей стране на данном этапе развития общественной морали...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: О, вот это важно.

В. МЕДИНСКИЙ: Это не нужно. Потому что мы еще не дошли до такой степени абстракции. И публичности сексуально-эротических отношений. Как может быть, в некоторых протестантских культурах, где, в общем-то, и парламент чуть постарше, чем у нас. Т.е. ему не 13 лет, а 500, скажем. Т.е. большее время для законодательной практики есть. Чтобы вот так нормально называть вещи своими именами. У нас депутат Чуев есть замечательный, Вы знаете. Вот он пытался дать определение года два назад в законе определения порнографии. Подробно, детально он написал. Если его прочитать, то само определение порнографии было таким жестким порно, что его вслух произнести стыдно было, честно говоря, что он там написал.

Н. РОСТОВА: Какая же фантазия у человека, да.

В. МЕДИНСКИЙ: Он хотел, как лучше. Он подробно все расписал. В каждом из нас, слава Богу, православной церковью, или просто церковью, воспитанием социалистическим, моральным кодексом строителя коммунизма, пионерской клятвой заложены какие-то нравственные стержни. Поверьте мне, и люди в минкульте работают не дураки. Этого нравственного стержня более, чем достаточно, чтобы определить в крайнем случае мягкую эротику от полупорнографии, которая зачастую проникает на наш телеэкран. Поэтому я бы не стал это ничего формализировать. Вот есть закон о СМИ. Вот формулировка, которая там есть, ее достаточно. И мы совершенно не хотим эту формулировку никак ужесточать. Давайте хотя бы с этой формулировкой уберем эротические передачи из вечернего вещания.

Н. РОСТОВА: А как Вы будете определять, какие передачи эротические, если Вы не определили, что такое эротика. Я этого не понимаю.

В. МЕДИНСКИЙ: Я ничего определять не буду. Уже сейчас сами телевещатели, вот пригласите сюда Романа Петренко и т.д., сами телевещатели внутри себя прекрасно понимают, что лучше до 11 не давать, дабы не вступать в конфликт с законом о СМИ. Т.е. то же самое они не будут давать вообще. И все.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, т.е. такое по понятиям будет, как принято.

Н. РОСТОВА: Роман Петренко, Вы слышите.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, я так понимаю, это приговор фильму "Секс в большом городе", хотя там и секса нет. Но всяком случае ,слово-то есть.

В. МЕДИНСКИЙ: Это отличный фильм.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Не будет.

А. МЕЛЬМАН: Так можно приговорить половину контента, который идет после 22-х часов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, да. Давайте сейчас послушаем новости краткие и после этого продолжим уже с нашими радиослушателями, которым я предлагаю активно участвовать в нашем эфире. 783-90-25, 783-90-26. Потому что тема у нас такая.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Продолжается программа "Коробка передач". Тут удивительные вещи рассказываются. Мы все нравственнее с Вами станем, потому что не будет рекламы эротической и не будет эротических программ. Ну, если с рекламой эротической там как-то понятно, более или менее, во всяком случае, для меня, как у реципиента телевидения, то с эротическими программами как-то вот что-то они все у меня получается эротические, даже не знаю, чего это будет. Я напоминаю, что у нас депутат госдумы Владимир Мединский, у нас телекритик газеты "Московский комсомолец" Александр Мельман и у нас Наталья Ростова, телеобозреватель "Новой газеты". Ну, вот как-то знаете, Владимир, я такой фанат, не знаю, может, Вы знаете, по эфиру "Эхо Москвы", я такой большой фанат спутникового телевидения. Я вообще все эти каналы знаю наизусть. И мне немного было странно, когда Вы говорили про каналы Германии, потому что в Германии, конечно, есть несколько пакетов, типа нашего НТВ+, но там идет откровенное порно, никаких там эротических каналов в этих платных пакетах нет. А вот всякие каналы типа RTL, Садаинс и т.д. и всякие эти каналы, такие коммерческие каналы типа наших РенТв, СТС и т.д., они в определенные дни показывают не только эротические передачи, но и передачи про как бы гнесиологию эротики да. Вот что происходит. Как берется, что такое...

В. МЕДИНСКИЙ: Это бесплатный канал, да?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Бесплатный канал, абсолютно открытый и т.д. Делает подобные передача на этих каналах и такая популярная газета "Шпигель". Я только не знаю, там это журнал делает "Шпигель" или газета "Шпигель. В общем, я с Вами согласен, что там немцы, это одно. Даже есть такое определение, вот это немецкое порно, оно такое значит...

А. МЕЛЬМАН: Жесткое.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, такое тупое, ну, интересно. Надо посмотреть как-то.

А. МЕЛЬМАН: Дас ис фантастиш.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дас ис фантастиш, да. Но вот все-таки напрягает эта история. Потому что все-таки я вот пока сейчас шли новости, я вот подумал, что закрывать надо все, понимаете. Во-первых, надо переводить в платный вид действительно МТV и МузТв потому что все молодежные программы. Вот, например, там вот этот "Поцелуй навылет", да? Да, "Поцелуй навылет" есть такая программа на МТV. За перегородочкой сидит или мальчик или девочка. Они там даже, знаете, сквозь ткань ощупывают друг друга. Т.е. создай портрет человека, которого ты слышишь по голосу. Понимаете, да, вот такая история. Убрать? Убрать. Тут продолжать не нужно. Убрать надо "Секс в большом городе". Потому что там действительно есть элементы вот этого. Там в койке лежат.

А. МЕЛЬМАН: А что говорят. Что говорят, там слова...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, Вы понимаете, я многое мог бы перечислять.

В. МЕДИНСКИЙ: Т.е. я так понимаю, что, что касается рекламы, Вы в душе поддерживаете.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не в душе, я реально поддерживаю. Потому что понимаю, ну, как, ну, что это такое. Во-первых, детки начинают набирать эти номера телефонов. Там вздохи какие-то.

В. МЕДИНСКИЙ: А потом это понимаете, почему это пошло так активно сейчас. До тех пор, пока вот этот секс по телефону и все, что с ним связано было доступно только со стационарных телефонов, этот бизнес по сути своей не развивался. Ну, со стационарного телефона. Ну, представьте себе. Мальчик позвонит из дома. Что он потом папе ответит, когда ему счет придет. А мобильная связь, когда мобильный телефон оказался в руках любого 7летнего мальчика. Вот пошел человек в школу, родители беспокоятся о нем. Тут же ему покупают мобильный телефон в крупных городах.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, Вы правы.

В. МЕДИНСКИЙ: И что он там, в каких он SMS чатах на уроках находится, какие картинки заказывает.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Совершенно с Вами согласен. А вот история вторая про убирание эротических передач, вот тут у меня закрадываются сомнения, что намечается передел рынка, друзья. И вот мы с Вами видит, как с помощью депутатов. Я ни на чем не настаиваю, я просто говорю, ну с помощью депутатов появляется такая дубина. Потому что не определено. Такой эффект Ходорковского. Понимаете, нарушения были? Были. Ну, взяли и посадили. Так и тут. Нарушения есть? Есть. Почему бы не закрыть канал. Конечно, телевизионщики выкрутятся. Они вместо этих программ поставят другие, в которых не будет, ну, не будет очень многого в палитре, я бы так сказал, отечественного телевидения. Я не знаю. Это вот такое, мое мнение, такая вот трогательная забота далеко ходящая. Пожалуйста, Александр.

А. МЕЛЬМАН: Вот Владимир Мединскаий сказал, что наш народ такой еще не дозрел до конкретных формулировок по поводу отделения порнографии от эротики.

Н. РОСТОВА: До порнографии дозрел, а до определения нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А я в хорошем смысле сказал. Может ему и не надо дозревать.

А. МЕЛЬМАН: Вот я тоже в хорошем смысле. Тоже говорю, что если это так. И Владимир сказал, что вот будут решать какие-то, как Матвей часто говорит, заточенные особо люди на это дело, которые будут, где эротика, где... И какое-то моральное внутреннее чувство должно это решить. Ну, г-н депутат, так дела не делаются. Это нужно действительно, как Наташа сказала, это юридически нужно все обобщить, дать вот эти все понятия. Потому что по-другому просто нельзя. Потому что закон...

В. МЕДИНСКИЙ: Дайте предложение.

А. МЕЛЬМАН: Вы же сами это лучше нас всех это знаете, это как бы договоренность общества о каких-то понятиях, закрепленных юридически, да. Потом вот Вы говорите, действительно, как пример Америка та же самая. Как известно в Америке был такой уникальный случай, как когда известная Ла Тойе Джексон, известная певица случайно у нее оголилась грудь. И после этого плохо стало в финансовом смысле и Ла Тойе Джексон и каналу, который это все показал. Вот так жестко действует американское, пуританское, как Вы сказали телевидение. Безусловно, другое дело, что на американском, пуританском телевидении очень чудные вещи бывают. Есть такой ведущий Говард Стерн, который, наверное, Вы знаете, кто это такой. Это человек, которому очень много разрешается, которому наши вот эти журналы и наши передачи, они просто в подметки не годятся, потому, как он ведет свои программы, и что он там говорит в этом пуританском обществе. В результате мы видим, что американское общество от пуританизма перешло к большому лицемерию, да. Все-таки это очень лицемерное общество. Я не хочу здесь наезжать на американское общество, но просто это здесь вот этот законодательный процесс, он должен быть очень тонок. Это должно быть действительно четкая договоренность общественная с одной стороны и законодательная. И тогда ни шагу, что называется назад, если это будет принято. Потому ведь никто не против. Другое дело, у меня дочка 12летняя. И я пришел как-то днем пораньше из редакции. И смотрю, она смотрит приснопамятную передачу "Окна" Нагиева. Что там говорилось в этой передаче, она сидит за обедом и смотрит. Ну, я конечно, выключил.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот это правильно.

А. МЕЛЬМАН: Да, это правильно. И родители здесь должны подключиться и такого не должно быть в дневном эфире. А дальше уже, наверное, Вам карты в руки. Просто все боятся, что Вы действительно переборщите, что специально заточенные люди будут как-то за нас за всех решать, что нам смотреть, а что нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, вот Владимир сейчас сказал такую фразу, когда Вы начали говорить, Александр, он сказал: ну, вот Вы предложите. Дело в том, что эта фраза "Вы предложите" должна быть раньше, еще в момент, когда это все разрабатывается. Потому что, безусловно, мы же все хорошо знаем думу, и все будет принято, и принято быстро. А вот последствия этого дела, т.е. ведь вещь-то, Владимир, дискуссионная. Вот я еще раз говорю пример. Пример этот просто лежит на поверхности. Называется этот фильм "Секс в большом городе". Вот этот фильм, я должен сказать, потому что это и художественное произведение очень интересное. И смотришь его с необычайным интересом, и талантливая работа.

Н. РОСТОВА: И Барышников там снимался.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да и Йордан был абсолютно прав. Я помню, он бегал тут по "Эхо..." и говорил: Вы не представляете...

В. МЕДИНСКИЙ: Отличный фильм, я с удовольствием с женой смотрел. Но 12летней дочери я бы не рекомендовал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дело не в этом. Он идет в такое время, когда 12летняя дочь... Ну, все, значит, получается, что этого фильма не будет.

А. МЕЛЬМАН: Он, по-моему, в 10 вечера.

В. МЕДИНСКИЙ: Уже позже, они его ставят на более позднее...

А. МЕЛЬМАН: Они его потом сдвинули второй раз, когда его повторяли. Они сдвинули его позже.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не важно. Но Вы ведь говорите, что его не должно быть вообще. Понимаете.

Н. РОСТОВА: В закрытом доступе, да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы понимаете, то он должен быть в закрытом доступе.

В. МЕДИНСКИЙ: По НТВ+.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет. Вот понимаете, мы натыкаемся на то, что хотели, как лучше, а получается, как всегда в том смысле, что, как верно говорит Александр Мельман, все-таки подобные вещи - это есть некий договор между обществом и законодателями. И законодатели здесь не учителя общества, отнюдь. Кто они такие, чтоб учить общество, как ему понимать секс и когда его смотреть. Скорее наоборот. Это такое минное поле.

В. МЕДИНСКИЙ: Скорее наоборот. Есть общественное давление. И мы всего лишь пытаемся отреагировать с большей либо с меньшей степенью удачности...

Н. РОСТОВА: И умелости.

В. МЕДИНСКИЙ: На откровенный общественный запрос. Вот я Вам привел один пример с эфиром. А если Вам приведу пример, сколько писем поступает с требованием вообще запретить рекламу всего, что связано со словом секс. Сколько когда в наружной рекламе стоит появиться каким-то полуобнаженным фигурам просто на плакатах в Москве. И тут же депутатам идут письма, звонки. У нас же во всем виноваты кто? Депутаты и мэр. У нас как обычно, да. Почему мэр разрешил и так далее.

Н. РОСТОВА: Можно сделать предложение?

В. МЕДИНСКИЙ: Да, пожалуйста.

Н. РОСТОВА: Существует такая организация - Фонд защиты гласности. Может быть, Вы знаете?

В. МЕДИНСКИЙ: Ну, много организаций существует хороших.

Н. РОСТОВА: Вот эта организация издает в том числе, у нее много всяких программ, но в том числе они издает книги о законодательстве в СМИ. Существует такая организация, возглавляет ее Андрей Рихтер. Центр информационного права. Они давно, очень серьезно подобными вещами занимаются. Вы прежде к ним обратитесь. Вы поработайте вместе с ними. Существует Ваша любимая Общественная палата теперь. Там тоже уважаемые люди. Существует Эдуард Сагалаев со своей Национальной ассоциацией телерадиовещателей. А пока вот я только могу поддержать Матвея Юрьевича в подозрениях определенного рода.

В. МЕДИНСКИЙ: Честно скажу, поклянусь на чем хотите...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: На телевизоре.

В. МЕДИНСКИЙ: На телевизоре, да, положив руку. Что никакой теории заговоров, передела рынков здесь нет. Еще раз скажу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Оно само получится, Владимир. Вы даже не представляете, насколько Вам кое-какие люди очень будут благодарны. Ваше имя будет произноситься просто с восхищенным шепотом.

Н. РОСТОВА: Это то же самое, что произошло с законом о рекламе, если Вы помните...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не потому, что Вы этим законом занялись, а потому что Вы четко не определили, что это такое. Понимаете, поэтому Вам очень многие будут благодарны.

Н. РОСТОВА: То что с рекламным сообществом обсуждалось, вырабатывались формулировки, недавние поправки в закон о рекламе, это все исчезло за несколько дней до итогового голосования в думе.

В. МЕДИНСКИЙ: Наташа, Вы не в курсе. Ничего там не исчезло.

Н. РОСТОВА: И теперь, как некоторые эксперты говорят, это на пользу основным игрокам, государственным каналам. Все эти дециметровые каналы, которые как ни странно тоже упоминаются, они будут лишены некоторых финансовых...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот я Вам прочитаю сообщение, которое пришло от Маши. Оно, это сообщение абсолютно, вот это оно, вот это та категория, которая будет Вам благодарна за все. Смотрите, Маша пишет. "Надо в первую очередь удалить Трахтенберга из эфира. У него и фамилия неприличная и соответственно ведет себя очень неприлично". Я хочу сказать, что Вы зря смеетесь. Потому что Трахтенберг - это неприличная фамилия, понимаете. Потому что там есть "трах".

А. МЕЛЬМАН: Т.е. не потому, что он делает в эфире, а потому...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Абсолютно. Т.е. можно сказать, да ладно, таких перекосов не будет и т.д. Дело даже не в том, какую он ведет передачу.

А. МЕЛЬМАН: Да, но Наташа не говорит о его передаче, а говорит о его фамилии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не договорились на берегу, за что же удалять.

В. МЕДИНСКИЙ: Т.е. бьют по лицу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста.

В. МЕДИНСКИЙ: Я все-таки закончу мысль. Значит, я Ваши опасения в целом разделяю. Но, во-первых, существует режим между первым и вторым чтением, когда собственно для того он и существует, чтобы можно было бы формулировки корректировать, одобряя идею в целом. Во-вторых. Если Вы обратите внимание, ни одно слово в поправке к 37-й статье закона о СМИ, ни одного нового слова, ни одного нового понятия, ни одной юридической новеллы не вносится. Делается только одно уточнение. То, что можно делать в вечерний эфир, делать нельзя. Это можно делать на кодируемых каналах. Я даже скажу Вам точнее. В законе о СМИ написано: распространение эротических программ и определение, что такое эротические программы, и это 13 лет мы соблюдали с Вами. Каким-то образом журналистское сообщество вместе с минкультом, минпечати это соблюдало. Распространение эротических программ без кодирования сигнала разрешается с 23-х 00. Это говорит нынешний действующий закон о СМИ. Мы предлагаем: "распространение эротических программ без кодирования сигнала не разрешается". Т.е. определение остается абсолютно тем же. Соответственно вся та же самая судебная практика, все те же самые прецеденты решений исполнительной власти и прочее, и прочее. Т.е. мы не создаем новой проблемы. Мы просто расширяем вот это ограничительное право. И более того скажу, если бы идеалисты, которые писали законы о СМИ и очень хорошие законы, я считаю его абсолютно не надо править системно, этот закон. Если бы они в 91 году хотя бы могли во сне представить себе, что наши телевизионщики любимые заложат в понятие эротической программы и выпустят в эфир не только вечером, но и днем, Вы привели пример передачи "Окна", конечно, они бы сделали более жесткую норму. И тот же самый Федотов в Вашем эфире сказал, что да, эта норма несовершенна, ее бы надо ужесточить вместе с другими положениями. Вот я просто чтобы не ждать других положений, потому что любое ожидание пакетного соглашения - это закон с игорным бизнесом. Мы его уже год в пакете принимаем. Ничего к стыду государственной думы до сих пор не приняли. Все в пакете мы обсуждаем. Большой, сложный, комплексный вопрос. Вот давайте все-таки маленький шажок сделаем. И вот эту маленькую, понятную норму, хотя бы в части рекламы сексуальных услуг, всем понятный шаг, ее подправим. Потому что ну вот давайте все-таки жить по Чехову. Вот есть у нас наш клочок земли, вот давайте здесь сделаем, чтобы жить было хорошо и приятно. А не будем озадачиваться глобальными идеями, как там весь закон о СМИ переделать. Не надо там ничего переделывать.

Н. РОСТОВА: Я хотела сказать, что к счастью те идеалисты, к счастью, они живы, здоровы до сих пор, те трое людей, которые закон о СМИ написали. И может быть, все-таки их спросить, как они это системно видят.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Александр?

А. МЕЛЬМАН: По Чехову Г-н Мединский предлагает жить. Я просто уверен, что у всех депутатов государственной думы прекрасное лицо, одежда, душа и мысли, я в этом просто не сомневаюсь. Другое дело, я просто хочу сказать, Владимир. Ведь прецедент уже был. Потому что вот почему здесь пошел такой спор по поводу "Секса в большом городе". А ведь прецедент был на том же канале НТВ, который показывает этот сериал в федеральной комплексной комиссии, которую ты, Наташ, не назвала среди всех прочих, да, она выдала предупреждение каналу за показ фильма Тинто Брассо "Женщины", потому что они нарушили условия контракта, когда этот фильм был показан на 40 минут больше, чем договорено. Т.е. они без вырезки его показали, т.е. полностью. И показали его во время, которое не было обусловлено...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: В ранневечернее. Правильно сделали.

А. МЕЛЬМАН: Да, в этом контракте. Да, и действительно правильно сделали. Но этот фильм "Женщины"... Ну, действительно здесь нужны формулировки. Он действительно, простите, порнографический. А "Секс в большом городе" - это нечто совсем другое. Давайте четко договоримся о формулировках, запишем это в законодательство и будем это соблюдать. Вот и все. Все очень просто, по-моему.

В. МЕДИНСКИЙ: Давайте. Кто же против? Давайте. Вт мы предложили концепцию закона...

А. МЕЛЬМАН: Вы сказали, простите, что не нужно давать формулировки, а какие-то люди...

В. МЕДИНСКИЙ: Я просто не знаю, Александр, может быть, нужно. Я написать не могу. Я не могу дать определения порнографии, чтобы ровно половина людей не сказала, что это неправильно. Понимаете. Это плохой закон, который половина будут говорить, что это неправильно.

А. МЕЛЬМАН: Вы знаете, юридически это все уже давно прописано в принципе.

В. МЕДИНСКИЙ: Ну, давайте, давайте подумаем.

А. МЕЛЬМАН: В мировой юриспруденции.

Н. РОСТОВА: Ну, так Вы же уже выпустите закон.

В. МЕДИНСКИЙ: Два года назад пытались дать определение порнографии, я привел пример, но получилось черте что, вот ничего из этого хорошего не вышло. Ну, вот у нас еще такая психология, Вы понимаете. Мы стесняемся об этом в слух говорить, о том, что немцы в законах пишут. А где-нибудь в Иране за передачу "Фабрика звезд" сразу всем голову отрубают. Там своя психология.

А. МЕЛЬМАН: Безусловно. Вот у нас три разных есть нравственных составляющих.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, давайте мы сейчас устроим такую развлекательную часть нашей программы. Мы примем несколько звонков наших радиослушателей, которые нам объяснят, что надо все закрыть, причем вчера. Больше я, лично я, не собираюсь ничего по этому поводу говорить по одной простой причине. Есть люди заинтересованные. Они называются руководители телеканалов. У них есть там пресс-службы, там много чего есть. Там люди на зарплатах, причем больших, которые должны выйти и сказать, что они думают по поводу этого закона. Так вот наблюдается то, что они все молчат.

Н. РОСТОВА: И не первый год, кстати, да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Они молчат и, в общем...

В. МЕДИНСКИЙ: Сегодня был комментарий РенТв пресс-секретаря.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, и чего сказали?

В. МЕДИНСКИЙ: Он сказал, что реклама... Кстати, очень грамотный парень. Но сказал он довольно странную вещь. То, что SMS чаты и реклама секса по телефону не есть реклама сексуальных услуг. Вот.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, во всяком случае, я так полагаю, пусть они и защищаются. Потому что они получают немалые деньги со всего этого дела. И, кроме того, есть продукция, которая реально смотрится. Например, тот же секс в большом городе. У него достаточный рейтинг для того, чтобы выйти, например, с вопросом вот тот, который задал я. А как вообще будет, например, с этим фильмом. Или как будет, та же, например, передача Трахтенберга, я не помню, как называется, где рассказываются анекдоты. Анекдот - это старинный такой, русский фольклорный жанр. Такой вид литературы. То, что любимо народом, простая история. Трахтенберг, оказывается, знает все анекдоты. При этом анекдоты рассказывает нормальные, не порнографические. Он просто там как-то обрывает, говорит нормально т.д. Но я так думаю, что, конечно, будет все закрыто и немедленно, потому что что-то такое, начиная от фамилии самого ведущего...

В. МЕДИНСКИЙ: Ну, не утрируйте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Поэтому пусть владельцы каналов, главные редактора, кто там еще у них, руководители пресс-служб, пусть выясняют, что у них там будет. Потому что делать за них их работу совершенно не нужно. Иначе это такая общая демократия. Знаете, такой Ваньки, который защищает их идеи.

А. МЕЛЬМАН: Ну, правда, вот, Матвей, я скажу, что, например, в театре тоже идет спор по этому поводу. Можно ли транслировать мат в спектаклях и различные сцены. И есть такой ответ. Он очень, по-моему, хороший. Вот если это органично, то, безусловно, конечно же, можно. Если это входит в канву данного спектакля, то, безусловно, можно. Телевидение это, конечно, нечто другое. Конечно, это нужно все законодательно закрепить, но просто органика - это тоже очень важно. Потому что я не знаю, как рассказывает анекдоты Трахтенберг, но Юрий Владимирович Никулин как рассказывал анекдоты, мы все это знаем. И даже самый в чьих-то других устах похабный анекдот, в его устах выглядел просто прекрасно. Это тоже вопрос такой с чувствованием...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: 783-90-25. Володя, наденьте наушнички. 783-90-25, 783-90-26. 25 - Москва, 26 - регионы. Давайте послушаем. Слушаем Вас, добрый день.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Извините, я радио выключил. Г-н Мединский, вот я Вам расскажу такую небольшую вещь, которую я услышал на "Эхе Москвы". Значит, была после 15 часов передача, вот то же самое хи-хи, ха-ха, а как без секса жить. Позвонил 13летний мальчик и сказал, что во время детского кинофильма пошла реклама, как какая-то полуобнаженная дамочка извращается со стулом. И тогда этот великий журналист "Эхо Москвы" стал допытываться, а как она...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Знаешь что, друг, иронизировать по поводу великих журналистов "Эхо Москвы" будешь на другой радиостанции. Здесь нет. У нас сорить не полагается. Слушаем Вас, добрый день.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Глеб, Барнаул. Вот я хотел бы спросить у нашего законодателя, который сейчас в студии находится насчет вот чего, а как можно доказать при отсутствии формулировок, что он сейчас на "Эхо Москвы" не занимался порнографией.

В. МЕДИНСКИЙ: Я не понял Вас.

ГЛЕБ: Ну, формулировок нет в законе о порнографии, что такое порнография. Как можно доказать, что он не занимается этим сейчас.

В. МЕДИНСКИЙ: Вопрос в ответе не нуждается.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, я тоже так думаю. Ребята. Вы не стебайтесь там. Вот что для Вас, для Вас как бы все ясно.

А. МЕЛЬМАН: Можно, я, кажется, понял вопрос. Мне кажется, что слушатель спросил, что таким образом все можно, мы об этом, правда, уже говорили, все можно подогнать под порнографию. Все, что угодно. Т.е. есть такой ведущий Тимофей Баженов, он делает программу о животных, там животные, извините, иногда спариваются. Значит, это тоже. Это показывается утром. Это тоже будет порнографией. И если нет формулировки, значит, все, пожалуйста, можно .... Мы об этом говорили в этом смысле.

В. МЕДИНСКИЙ: Значит, я отвечу еще раз на этот вопрос, хотя мы об этом уже говорили. Если бы придумывался какой-то новый закон, с какими-то новыми определениями, с появлением слова "порнография", этого слова нет в законе и т.д., тогда можно было бы об этом деле спорить. Никакого нового закона, никаких новых терминов не появляется. Предлагается всего лишь расширить время, когда нельзя показывать так называемые передачи эротической направленности. Что это за передачи, 13 лет законодательной практики уже показали. И сами телеканалы чудесно это знают.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще последний звонок. Слушаем Вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Алексей из Москвы. Можно я разделю, что мне понравилось из Ваших слов, что не очень.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, только в темпе, ладно, заканчивается.

АЛЕКСЕЙ: Значит, совершенно верно, что придется, наверное, нам рассуждать по понятиям. Потому что мы находимся между Ираком и Германией. Наверное, верно. И то, что нужно сдвигать то, что все понимают куда-нибудь ближе к ночи, или вот к кодированным каналам, это в принципе верно. Но с другой стороны, что мне не нравится, вот мы всегда знали, что вредно пить, вредно курить, но при этом продажа алкоголя и табака никуда не исчезла. И реклама также. Ну, борются, конечно, в той или иной степени, но в целом это все имеет место быть. Я подозреваю, что с вопросами эротическими будет так же. Потому что это приносит какие-то деньги. И главный вопрос. Все-таки, если не ковыряться в этих формулировках, потому что ну есть порой достаточно пристойные формально эротические вещи, которые в сознании людей вызывают гораздо большие ощущения, нежели там примитивная форма.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое, извините, просто время. Давайте буквально по 15 секунд, уважаемые телекритики, Ваши выводы сегодняшней программы.

А. МЕЛЬМАН: Ну, я хочу сказать, что все-таки, безусловно, банальные вещи, эротику нужно отделять от порнографии. Эротика - это красиво. Если без всякого кодирования ставить ее в определенное позднее время, что уже делается. А если делается, то нужно соблюдать, то это будет нормально. Поэтому слово порнография нужно употребить в законе, чтобы было все более-менее понятно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста, Наталья.

Н. РОСТОВА: Не покидают меня подозрения, связанные с этой инициативой. Подозрения, которые и у Матвея Юрьевича, как я понимаю, возникают. Слишком уж быстро и непродуманно хотят принять какие-то меры.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое. На самом деле, наша задача была только поднять эту проблему, обозначить, это я специальные такие говорю радиослова журналистские, показать разные точки зрения, дорогие друзья. А вот Вам, уважаемые телезрители, они же радиослушатели, вот Вам всем с этим и бодаться. Так же, как и руководителям каналов, вот и все. Владимир Мединский, депутат госдумы, Александр Мельман и Наталья Ростова, телекритики. Вел программу Матвей Гонопольский. Встречаемся в "Бомонде". Там будет Градский. Это будет в 0 часов по московскому времени.

"Эхо Москвы"
03.07.2006
http://medinskiy.ru/content/view/577/55/

viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован